БЛОГ ПСИХОЛОГА, ПСИХОТЕРАПЕВТА, СЕМЕЙНОГО ПСИХОЛОГА

  • Архив

    «   Ноябрь 2019   »
    Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
            1 2 3
    4 5 6 7 8 9 10
    11 12 13 14 15 16 17
    18 19 20 21 22 23 24
    25 26 27 28 29 30  

УЯЗВИМОСТЬ

То, о чем говорится в этой статье - самая соль работы психолога с пациентом с серьезной психологической травмой - открыться, снова стать уязвимым, признать свою слабость. Для человка, чье доверие было нарушено в детстве и кто сильно пострадал от активной (избиения) до пассивной агрессии - заброшенность, покинутость, отсутствие привязанности, не важность, не ценность ребенка, ребенок 2козел отпущения"" и тд, вернуться в лоно человес-чества трудная, а, порой, невыполнимая задача. Это так грустно и вызывает, порой, во мне столько сочувствия, горечи и настоящего горя, я плачу от тщетности собственных усилий и усилий клиента  и только принятие своей слабости позволяет оставаться рядом с пацинтами и продолжать работать с этими пацментами или с другими, у которых окажется больше надежды, а, значит, шанс на выздоровление.
Ирина Ситникова - психотерапевт
Записаться на консультацибю- 8 916 542 01 40
скайп - psyshans

Уязвимость. Глава из книги Д. Нойброннер “Понимать детей”
Быть родителем, Взаимоотношения с миром, Детская психология, Привязанность, Социализация, Уязвимость

Отрывок из книги посвящённой теории психологического развития на основе привязанности, иначе известной, как “модель Ньюфелда”. Автор – преподаватель Института Ньюфелда Дагмар Нойброннер, втупительное слово – Годрон Ньюфелд

«Пошёл вон, ты, мямля!» — кричит Оливер. Какой ужасный день! Маттиас молча отворачивается. Остаток дня в школе он проводит, как будто заледенев, и не может ни на чем сконцентрироваться. Дома его прорывает: «Он такой идиот, этот Оливер, и такой подлый! Ненавижу его! Как он меня бесит!» Сильке выключает плиту и подсаживается к сыну — теперь ничего не подгорит на плите, а «ярость» должна перейти в «грусть».

«Ого, да между вами действительно произошло что-то нехорошее. Жаль, он же твой лучший друг», — говорит она сочувствующе и мягко приобнимает своего старшенького. Сначала Маттиас что-то бормочет и отворачивается, но потом обвивает руками мамину шею, прижимается головой к её плечу и начинает горько плакать. «Оливер больше не хочет быть моим другом!» Сильке много не говорит, она просто держит сына в тепле и защищённости до тех пор, пока он не выплачется.

Уязвимость.

Вы, наверное, спросите: и что в этом хорошего? Разве не лучше быть неуязвимым и хорошо защищённым? «Уязвимость» звучит как «хрупкость» и «слабость». Не напрасно большинство детей и подростков, да и многие взрослые стремятся быть хладнокровными, а не чувствительными и уязвимыми. Чтобы объяснить концепцию уязвимости, я показываю во время своих лекций изображение улиток в домиках: представьте себе нежную улитку, которая ползет, выставив перед собой рожки. Ее органы чувств полностью готовы к восприятию. В этом состоянии она может продвигаться вперёд, питаться и расти. Но в то же время она исключительно уязвима.

А теперь представьте себе ту же улитку в состоянии ожесточения, неуязвимости, то есть внутри её домика. В этом состоянии она очень хорошо защищена, может долго противостоять внешним угрозам и враждебным обстоятельствам и выдерживать многое, что в уязвимом состоянии её попросту прикончило бы.

Совершенно очевидно: чтобы развиваться и процветать, улитка должна быть в состоянии гибко реагировать на внешние обстоятельства. Та улитка, которая в случае опасности не может заползти в свой домик, падёт жертвой первого же дрозда. Но улитка, постоянно сидящая в домике, теряет возможность воспринимать окружающий её мир, питаться, расти и продвигаться вперед как в буквальном, так и в переносном смысле.

То же самое происходит с нашими детьми, именно поэтому концепция уязвимости так важна. В контексте модели Ньюфелда уязвимость означает следующее: для развития нашего ребёнка решающее значение имеет то, что он в состоянии защитить себя, а не находится в своем «домике» слишком долго. В течение всего времени, когда ребёнок чувствует себя неуверенно, незащищённо, под угрозой и потому «уползает» в свой «домик», он лишён возможности обучения, продвижения вперёд и созревания. Ребёнок взрослеет только через эмоции, которые он испытывает.

Это «уползание в домик», то есть внутреннее выставление защит, ребёнок предпринимает не сознательно. Если бы это был осознанный процесс, то всё происходило бы слишком медленно и предполагало бы изрядный опыт. Мозг решает автоматически, когда включать сигнал тревоги, так что все телесные функции настраиваются на защиту и сопротивление или, проще говоря, переходят в режим «борьба и бегство». Мы называем это состояние «стрессом»: уровень адреналина повышается, восприятие голода, усталости, болей и эмоций исчезает.

Возможно, вы помните ситуации из вашей собственной жизни, когда вы сами пребывали в таком состоянии. Как только мы опять чувствуем себя в безопасности, мы оказываемся в состоянии снова ощущать наше истощение и нашу боль. Возможно, у нас появляются «слёзы облегчения». Наш мозг переключился от «защит» к «уязвимости» и помогает нам переработать пережитое и заново собраться с силами. Как вы видите, это прекрасно отрегулировано природой.

Даже мы, взрослые, не можем самостоятельно определять момент, в который включается наша автоматическая система выставления защит. Иногда защиты активируются, хотя мы этого совсем не хотим. Мы можем встретить бывшую подругу, которая когда-то причинила нам боль, и хотя мы охотно продемонстрировали бы дружелюбную и независимую реакцию, наш панцирь защёлкивается, и мы реагируем скованно или вызывающе. Или наоборот — после того, как несколько месяцев назад умерла моя самая близкая подруга, я в течение двух недель плакала в начале каждого проводимого мною онлайн-семинара. Я очень хотела держать себя в руках, но мой мозг решил, что студентам института Ньюфелда можно спокойно показать горе.

Итак, пока всё правильно работает, мы в зависимости от ситуации перемещаемся между уязвимой открытостью и панцирем из защит. Но иногда стрессовая ситуация задевает нас слишком глубоко (Папа уходит от нас») или повторяется слишком часто («Мне каждый день приходится ходить в детский сад, где я чувствую себя ужасно одиноко, а день кажется бесконечным»). Или не находится человека, который дал бы ребёнку по-настоящему глубокое чувство защищённости и связанное с ним расслабление, пресловутую «жилетку, чтоб выплакаться». Тогда этот тонкий баланс  между между нахождением в защитах  и ростом нарушается. Мозг такого ребёнка переключается на длительный режим защит.

Причины возникновения хронических защит

В главе 2 мы установили, что важнейшим основанием для процветания ребёнка является стабильная, надёжная и глубокая привязанность. Отсутствие такой привязанности или разлука с близким человеком занимают, соответственно, первое место среди причин возникновения хронических защит. С какого момента ребёнок начнёт прятаться в своём «домике» — это зависит не только от «объективной» угрозы расставания, но и от чувствительности ребёнка. Поскольку наш мозг ставит привязанность на первое место, угрозы, связанные с привязанностью, становятся основной причиной, по которой мы уходим в защиты: достаточно уже только убеждённости ребёнка в том, что его не любят, что папа будет разочарован результатом теста или мама скоро умрёт. Также если ребёнок вынужден постоянно отстаивать своё место в групп ровесниковhttp://alpha-parenting.ru/2014/12/01/gordon-nyufeld-o-privyazannosti-k-sverstnikam/или бороться за благосклонность родителей с помощью достижений и хорошего поведения, рано или поздно его мозг включит тревогу, и защиты начнут нарастать.

Дагмар Нойброннер

WWW.PSYSANS.RU


Теги:,защиты от уязвимости, эмоции, уязвимость, психологическая устойчивость,нужен психолог, ищу хорошего психолога, частный психолог, личный психолог, практикующий психолог, психолог со стажем, психолог цена, психолог стоимость, психотерапевт цена, психотерапевт

Мы любим тех, кто нас не любит, 
Мы губим тех, кто в нас влюблен, 
Мы ненавидим, но целуем, 
Мы не стремимся, но живем. 
Мы позволяем, не желая, 
Мы проклинаем, но берем, 
Мы говорим... но забываем, 
О том, что любим, вечно лжем. 
Мы безразлично созерцаем, 
На искры глаз не отвечаем, 
Мы грубо чувствами играем, 
И не жалеем ни о чем. 
Мечтаем быть с любимым рядом, 
Но забываем лишь о том, 
Что любим тех, кто нас не любит, 
Но губим тех, кто в нас влюблен.

www.psyshans.ru