БЛОГ ПСИХОЛОГА, ПСИХОТЕРАПЕВТА, СЕМЕЙНОГО ПСИХОЛОГА

  • Архив

    «   Декабрь 2019   »
    Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
                1
    2 3 4 5 6 7 8
    9 10 11 12 13 14 15
    16 17 18 19 20 21 22
    23 24 25 26 27 28 29
    30 31          

КАК Я ПОКОНЧИЛА С НАСИЛИЕМ В ОТНОШЕНИЯХ

Как я покончила с насилием в семье.

Автор: Екатерина Макарова.

beauty-655958__340.jpg

Рассказывая об отношениях такого толка, сложно не скатиться в обвинения и не удариться в пафос. Не уверена, что получится и у меня. Говорить об этом тяжело ещё и потому, что эта история касается моего близкого человека. Тем не менее я убеждена, что мой опыт должен быть записан. Хотя бы потому, что из десятка прочитанных мною статей по теме только одна была посвящена описанию жертвы.

Больше полугода назад в секретной психологической группе я задала вопрос: "Как уйти от абьюзера?" – и не смогла получить ни одного внятного ответа, кроме как: "Бегите не оглядываясь и прекращайте любое взаимодействие". На практике это реализовать не так просто, особенно когда человек успел стать тебе родным и у вас с ним общие дети.

До начала этого года слова "абьюзер" не было в моём лексиконе, я не знала ничего о созависимых отношениях и не разбиралась в тонкостях нарциссических расстройств. О том, что рядом со мной эталонный абьюзер и по совместительству перверзный нарцисс (Перверзный нарциссизм – это крайняя форма нарциссизма: человек абсолютно лишается возможности видеть причины проблем и неудач в своих действиях и переносит вину на обстоятельства и других людей. Он паразитирует на привязанности и совестливости окружающих, и становится агрессором в отношениях – физическим или эмоциональным), я догадалась только за полгода до финальной развязки. Больше всего процесс осознания напоминал детектив, когда из набора разрозненных фактов складывается цельная картина.
Я терпеливый человек и поэтому происходящее долгое время считала чем угодно, только не абьюзом: наказанием за прошлые "грехи", испытанием на прочность, смирением, служением великой любви и так далее. Не хочу вдаваться в подробности наших отношений – скажу только, что развитие событий с подозрительной точностью описано сценаристами фильма "Мой король" о нарциссе 80-го уровня с Венсаном Касселем в главной роли. Жаль, что он вышел только в 2016 году – я могла бы "отстреляться" раньше.

В начале нашего романа только ленивый доброжелатель не сравнил моего избранника с Синей Бородой. Но разве доброжелателям кто-нибудь верит? Даже когда плеяда юных незнакомых девушек начала строчить мне сочувствующие письма, я посмеивалась над ними с тридцатидвухлетней высоты. Наши отношения в тот период были припудрены таким слоем сарказма, что, подозреваю, даже самый зоркий психотерапевт не разглядел бы за ним отчаяния и обиды.
Бессознательное меж тем отчаянно отправляло мне тревожные сигналы в виде кошмаров, а тело вовсю намекало на проблему психосоматическими расстройствами. Я упорно не замечала гадких снов, участившихся головных болей и странных ощущений внизу живота, а общую подавленность списывала на послеродовую депрессию и профессиональную нереализованность. Единственное, что смущало, это "почерневшее" лицо: черты заострились, а во взгляде появилась вечная напряжённость. Товарищ, с которым мы не виделись три года и встретились в позапрошлом декабре, спросил: "Что с тобой случилось? Ты выглядишь проигравшей битву. С кем ты сражаешься?"

На статью о перверзной агрессии я наткнулась случайно в ленте фейсбука. Терминология там довольно странная и общее настроение слишком агрессивное, но описанная ситуация до пугающих подробностей повторяла нашу модель общения. Тогда я впервые задумалась, что всё происходящее со мной укладывается в определённый паттерн.

Тут были и двойные стандарты: мне не позволялась и десятая часть того, что делал мой спутник, просто потому что я мать, и ребёнок – целиком моя ответственность, моё время и моё личное пространство. Например, на просьбу посидеть с ребёнком, чтобы я могла поработать, чаще всего звучал ответ: "Не хочу". Три года у меня не получалось построить планы на выходные, потому что в любой момент я могла услышать: "Я передумал". Из планов на выходные получаются планы на жизнь, которых у меня, в общем, тоже скоро не стало.

Я превратилась в жену, чьей единственной задачей было не бесить мужа и предупреждать его вспышки гнева.
Хитрость в том, что это невозможно: если ты навела идеальный порядок в доме, обязательно услышишь, что ты плохая мать, а если слишком увлечена ребёнком, тебе намекнут, что ты упустила карьерные возможности. Акцент всегда был на том, что я чего-то не сделала, любые старания игнорировались.

В какой-то момент ко всем своим действиям я стала мысленно добавлять приставку "недо-" и почти поверила в то, что я несуразная по всем фронтам. Какие-то проблески самоуважения я чувствовала только тогда, когда мне удавалось быть полезной своему мужу. На собственные желания и стремления у меня попросту не осталось ресурса, а материнство на этом фоне вообще превратилось в пытку. При этом чувства вины у моего спутника не наблюдалось.

Поначалу я ликовала: мне удалось вывести своего мужчину на чистую воду и уяснить, что его влияние на меня – это не следствие каких-то особых гипнотических способностей, а совершенно чёткий набор повторяющихся действий. Все последующие ссоры, обманы и манипуляции с той поры выглядели запрограммированными. Я раскусывала их в два счёта, над чем мы потом вместе смеялись. Причём этот извращённый паттерн был намного сильнее самого человека. Это были бессознательные схемы, которые с некоторой долей педантизма применялись к каждой женщине Синей Бороды. Тогда мне впервые стало по-настоящему скучно – мне совсем не хотелось быть героиней повторяющегося сценария. И грустно – оттого, что я перестала понимать, есть ли за этими действиями хоть сколько-нибудь любви. Я поняла, что больше не чувствую в себе сил продолжать отношения на таких условиях.

Мы обратились к психотерапевту. Нужно отдать должное моему абьюзеру: он тоже хотел изменить ситуацию (за желание измениться я многое готова была ему простить) и согласился на взгляд со стороны. На первом же сеансе прозвучали слова "пассивная агрессия" – они объяснили моё желание маскировать проблемы иронией, когда на деле мне больше всего хотелось обидчика как-нибудь покалечить. Надо сказать, ирония постепенно начала мне отказывать, и со мной всё чаще случались нервные срывы, какие раньше бывали раз в десять лет.

На вторую сессию после очередного такого срыва я пришла уже одна. За пару месяцев психотерапевт помогла сделать ещё два открытия, которые и стали последними частями моего детективного пазла. Первое: у человека рядом со мной отсутствует эмпатия. Все ситуации, которым я когда-то не могла найти объяснения, вдруг прояснились. Мысль про отсутствие эмпатии подкосила мою и без того нестройную картину мира: а как же быть с тем, что мы понимали друг друга с полувзгляда? А почему мы одинаково воспринимаем фильмы? И почему так хорошо считываем человеческие эмоции? Позже выяснилось, что перверзные нарциссы не испытывают эмоций в общепринятом смысле, зато прекрасно их имитируют.

После этого открытия "подсказки" стали сыпаться на меня со всех сторон. В начале весны я зачем-то дважды пересмотрела фильм Мела Гибсона "Апокалипто". Там есть один духоподъёмный момент: главный герой перестаёт бежать от погони, когда чувствует наконец свою территорию, и кричит преследователям: "Я – Лапа Ягуара. Это мой лес. И я не боюсь". Я смотрела эту сцену до тех пор, пока не выучила на языке индейцев эти слова, и, обливаясь слезами, поставила их себе на юзерпик. Тогда я не особенно понимала, чего именно я не собираюсь бояться и где начинается мой лес.

Мне вновь помогла психотерапевт. Я жаловалась ей на то, что в последнее время совсем ничего не могу придумать, что мой творческий поток давно иссяк. Она сказала примерно так: "Есть любовь, и есть страх – чем больше страха, тем меньше любви. Творчество рождается из любви. А ты последние три года живёшь в страхе. Творчеству просто неоткуда взяться".

То, что я долгое время принимала за экзистенциальную тоску, оказалось страхом.

Мне до сих пор сложно объяснить его природу: никто не грозил мне физическим уничтожением, но я чувствовала, что если эти отношения продолжатся, я просто закончусь.

Впервые за три года мне стало себя жалко.
Больше не хотелось держать лицо – и я позволила себе испытывать любую эмоцию и проживать её до конца. Например, научилась по-настоящему гневаться. А в самых неуместных ситуациях хотелось признаваться в чувствах – и я признавалась, надеясь таким образом как-то заколдовать уходящую любовь. Если мне было больно, я говорила об этом и плакала, перестав наконец иронизировать над тревожащей меня ситуацией. Я перестала врать, но у меня по-прежнему не было сил и смелости всё это закончить.


Моя терапевт привела метафору из русских сказок, которая довольно точно описывала моё тогдашнее состояние: воину, изрубленному на куски, сначала приносят мёртвую воду, чтобы срастись, и только потом живую. Лучше всего я срастаюсь на острове Бали – от одной поездки на мотобайке вдоль убудских рисовых полей я почти физически ощущаю, как затягиваются мои душевные раны. В мае я уехала туда с ребёнком отмечать его трёхлетие. Бали стал моей мёртвой водой: я собирала себя по кусочкам, чтобы у меня были силы выползти наконец с поля битвы. Через неделю после приезда домой я собрала вещи и переехала.

austria-94141__340.jpg

Первые три месяца после ухода мне казалось, что я пошутила. Никогда в жизни я не уходила от человека, которого продолжала то ли любить, то ли бояться. И хотя была эйфория от того, что всё наконец закончилось, ощущения были странные. Я правда чувствовала себя воином, который выиграл какую-то бессмысленную битву и абсолютно не понимал, что теперь делать дальше. Страх постепенно выветрился. Вместе с этим стал меняться и мой ребёнок: мальчик, который раньше плакал от порывов ветра, теперь отчаянно боролся за лопатки и машинки.

Я не тороплюсь забыть всё, что со мной произошло. Я решила грустить до тех пор, пока мне грустится, плакать сколько угодно много, признаваться в любви до тех пор, пока она не закончится. Сейчас на место всех мощных чувств пришла печаль, больше похожая на траур. Мне не хочется отвлекаться от этого чувства, не хочется заводить любовников, не хочется напиться или танцевать до изнеможения – я знаю, что нужно отгрустить.

Мы общаемся до сих пор, хотя бы потому, что у нас общий ребёнок. Наша переписка снова полна иронии, а вся ситуация ласково зовется "абьюзерской каруселькой", с которой я "ловко соскочила". Недавно мой абьюзер сам прислал ссылку на статью о перверзных нарциссах с комментарием: "Джекпот!" Это последнее и самое точное, что я прочитала по теме, и я надеюсь этим материалом для себя её уже закрыть.

Наблюдать, как родной тебе человек сознательно выбирает быть плохим, жутко. Видеть, как работает механизм саморазрушения, и быть в него втянутой – жутко. Знать, что ты не в силах на это повлиять, – самое страшное. Видеть, как человек снова запускает тот же самый механизм с другими девушками, просто грустно. Не знаю, какой волей нужно обладать, чтобы разорвать этот паттерн. И я бесконечно сочувствую своей Синей Бороде.

Я верю, что наша психика стремится преодолеть травмы и ставит нас в такие условия, чтобы мы эту травму изжили. Почти во всех предыдущих отношениях я была жертвой и многие важные решения я принимала из страха (страха остаться одной, страха сделать неправильный выбор, страха потерять возможности), но ни один предыдущий опыт не давал мне так ясно понять, что путь страха – это путь лжи.

Следом за этим разрывом отвалились все мои рабочие проекты, которые было бессмысленно продолжать, рушатся поверхностные отношения с неинтересными людьми, рушатся ценности, которые были привиты мне в детстве и с которыми я давно внутренне не согласна. Я больше не хочу бояться и не хочу врать. Потому что я – Лапа Ягуара, это – мой лес, и я не боюсь.

Метки: отношения, созависимость, абьюз, личный опыт

www.psyshans.ru

Другие статьи

психолог Москва, психолог в Москве, консультация психолога, психологическая помощь, семейный психолог, психотерапевт Москва, семейный психолог Москва, консультация психолога, психологическая помощь, семейный психолог, психотерапевт Москва, семейный психолог Москва, психологическая консультация,

ПРЕПЯТСТВИЯ НА ПУТИ К ТЩЕТНОСТИ

Препятствия на пути к тщетности

Надеюсь, что в вашем понимании уже связаны два понятия – агрессия и тщетность. Уравновесить высокий уровень агрессии можно переживанием чувства тщетности, то есть невозможности осуществления желаемого. Но проще сказать, чем сделать.

Попробую структурировать для вас практический опыт моих клиентов, опыт встреч с тщетностью, и описать, что помогает на этом пути, а что мешает.

Узнав о полезности переживания чувства тщетности, нам начинает казаться, что стоит только немного поднатужиться и можно будет прикоснуться к тщетности и жить дальше спокойно и счастливо. Однако эмоциональный процесс – хитрая штука, невозможно заставить себя чувствовать что-то конкретное. Чувства не вызываются по мановению нашей внутренней разумной волшебной палочки, поэтому приходится приближаться к тщетности через другие состояния.

Итак, если тщетность – это невозможность, то нам необходимо уметь отличать возможное от невозможного. Мы научаемся такому различию в своём детстве, когда родительская поддержка помогает нам попробовать то, что мы можем, и аккуратно знакомит с нашими ограничениями – с тем, что мы пока ещё не можем. Вот как выглядит такая поддержка:

Однако многим из нас говорили: «Ты просто недостаточно старался», «Соберись и делай», «Делай что надо, а не что хочется». Не хватало нам поддержки в детстве, увы. И тогда вместо внутренней поддерживающей самого себя установки – «есть то, что я могу, и есть то, что я пока не могу» — внутри нас формируются две фигуры – узнаете их на рисунке? – Обвинитель и Критик.

Когда мы вырастаем, обвиняющая и критикующая фигуры гонят нас в сторону непрекращающихся попыток что-то изменить и не пускают пройти в двери тщетности, мешают нам признать невозможность – «Ты ещё не всё попробовала», «Надо было раньше думать», «У всех получается, только ты не можешь», «Как это не могу?! Давай делай!». У каждого из нас эти фразы разной степени жёсткости, я привела тут не самые грубые и жестокие.

Получается, чтобы прикоснуться к чувству тщетности, нам необходимо быть в поддерживающей позиции по отношению к самому себе. Иначе ничего, кроме обвинений и критики в свой адрес, не выйдет.

Помимо шкалы самоподдержка – обвинение/критика, есть ещё одна очень важная шкала, приближающая или отдаляющая нас от тщетности. Это шкала сочувствие-решение – невозможность-беспомощность.

Если я отношусь к себе с сочувствием – «Как жаль, что ты попробовала пять раз и так и не смогла донести до него свою точку зрения». Тогда я могу принять решение больше не пробовать. «Наверное, это невозможно, объяснить ему свою позицию, и я решаю больше не пытаться». Своё решение очень важно, оно ставит меня в точку ответственности за происходящее. Оно позволяет делать мне то, что я считаю нужным, может быть, я окажусь не права – но в этом случае мне поможет моя самоподдерживающая позиция?

Однако, если я привычнее становлюсь в позицию «У меня не получается, потому что никогда ничего не получится у такой неумехи», я отношусь к себе с позиции беспомощности и недоверия. В этой точке хочется воскликнуть «Пусть кто-нибудь сделает хоть что-нибудь!». И тогда я сажусь перед дверью тщетности, и мне совершенно не хватает сил и решимости сделать шаг в сторону неё: как на рисунке ниже.

И кажется: вот она тщетность, только руку протянуть, но как же до неё далеко – целый шаг.


Получается, чтобы войти в переживание тщетности, нам необходимо опереться на сочувствие к себе и принять собственное решение об отказе от попыток изменить ситуацию из-за невозможности это сделать. Иначе мы остаёмся на месте и не можем сделать в беспомощности ни одного шага, ожидая действий от кого-то другого

Анна Корниенко

Редакция Ольги Лебедевой

Теги: агрессия, адаптация, быть родителем, критика, личностный потенциал, личный опыт, обвинение, принятие, родительская агрессия, слезы тщетности,психолог Москва, психолог в Москве, консультация психолога, психологическая помощь, услуги психолога, семейный психолог, психотерапевт Москва, семейный психолог Москва, психологическая консультация, психолог консультация психолога, психологическая помощь, услуги психолога, семейный психолог, психотерапевт Москва, семейный психолог Москва, психологическая консультация.

www.psyshans.ru

Другие статьи в блоге

Стыд

Стыд


В предыдущей статье о вине  – это неприятное чувство, которое лучше держать в поле зрения.

А как насчёт стыда? Не его ли мы также испытываем, когда чувствуем себя виноватыми?

Чтобы проникнуть в суть этих сложных чувств, важно отличать стыд от вины.

Как я писала в прошлой статье, вина – это чувство ответственности за то, что вы сделали что-то не так. Оно неприятно, да, но оно является знаком того, что вы это понимаете и заботитесь о своём воздействии на других людей.

Стыдиться же означает чувствовать, что с вами что-то не так. Это очень сильно отличается от ощущения, что вы плохо поступили, и с психологической, и с эмоциональной точки зрения. Есть разница между фразами: “ты поступил плохо” и “ты плохой”.

Из этого описания стыда становится ясно, что быть стыдимым очень болезненно для хрупкого растущего самосознания.

Вам даже не обязательно вести себя как моя старая шотландская учительница в третьем классе, которая грозила пальцем и кричала: “Как вам не стыдно, вы… ленивые, беспечные, грязные, плохие… дети!” Её гнев часто был справедлив, и она верила в силу стыда, формируя из нас добросовестных маленьких членов общества. Половина класса (обычно мальчики) глядели в окно, не слушая ни одного её слова, а другая половина мечтала о том, чтобы провалиться сквозь землю и исчезнуть. Чтобы достучаться до тех, кто смотрел в окно, миссис Хэндби начинала угрожать им адскими муками, которых все мы в итоге заслуживали, и добавляла к этому летающие снаряды из мела. (Она выглядела в точности как известный учитель из комикса “Кельвин и Хоббс”).

Это были “старые добрые времена”! Сегодня расстроенный взрослый может воскликнуть: “Что ты за ребёнок?” или “Что с тобой такое?” Такие слова напрямую служат для того, чтобы пристыдить ребёнка, и большинство из нас использует их только тогда, когда мы действительно вымотаны. Однако стыд можно также внушить ребёнку, говоря, что его “слишком много” в каком-либо смысле: слишком жадный, слишком много требует, от него слишком много неприятностей, или же наоборот, “недостаточно”: недостаточно умный, красивый, хороший.

Очень важно понимать, какое влияние оказывают ваши слова. Однако стыд может чувствоваться ребёнком даже тогда, когда родители “следят за речью”, но их лицо или тон выражают холодность. Алан Шор, который изучает привязанность и развитие мозга, использует слово “стыд”, описывая то, что испытывает младенец при недостаточном контакте между ним и фигурой матери (ему об этом сообщает её взгляд). В такой ситуации мозг уменьшается в размерах и отстраняется.

Напомню вам новогоднюю статью доктора Ньюфелда, из которой следует, что пристыживание ребёнка по существу является аннулированием его приглашения существовать в вашей жизни.

В ответ на вину мы обычно чувствуем себя плохо, а в ответ на стыд нам хочется отстраниться и спрятаться.

Некоторые дети сами бросаются в объятия этого чувства, особенно после нашей бурной реакции в ответ на их поступки. Они могут решить, что с ними что-то не так, и вместо того, чтобы наслаждаться чувством собственной желанности, начнут стараться быть более удобными. Чувство стыда может провоцировать огромное желание быть идеальным, а любая ошибка будет приводить к чрезмерному ощущению стыда.

Иногда к стыду могут приводить ожидания того, что маленький ребёнок должен себя контролировать. Когда вам три года, совершенно естественно не уметь контролировать свои импульсы во время сильных эмоций. Например, маленький мальчик импульсивно ударил свою сестру. Мама спрашивает: “Почему ты это сделал?” Потому что это был просто импульс, он не знает на самом деле, почему это сделал. Если требовать у ребёнка ответа, который ему неизвестен, он может начать думать, что с ним что-то не так.

Понимая, что стыд может сильно влиять на ребёнка, вы можете спросить: “Как мне донести до него, что некоторые его действия недопустимы, как передать свои ценности, научить его тому, что приветствуется обществом и культурой, и при этом не ранить его?” Это бывает непросто.

Это сложная задача – разбираться с поступками и при этом показать ребёнку, что приглашение существовать в нашей жизни у него не отбирается: “Я всё равно твоя мама”, “Мы с этим справимся”, “Я обязательно поиграю с тобой вечером в твою любимую игру” и т.д.

Гейл Карни, 22 марта 2011 г.

перевод Ирины Маценко

Теги: дисциплина, критика, личный опыт, проблемное поведение, родительская агрессия, стыд, тревожность,вина

психолог Москва, психолог в Москве, консультация психолога, психологическая помощь, услуги психолога, семейный психолог, психотерапевт Москва, семейный психолог Москва, психологическая консультация, психолог консультация психолога, психологическая помощь психолога, семейный психолог, психотерапевт Москва, семейный психолог Москва, психологическая консультация.

ЧТО ДЕЛАТЬ С РОДИТЕЛЬСКОЙ УСТАЛОСТЬЮ.

Я думаю эта статья будет полезна не только родителям, но и каждому взрослому, несущему на себе взрослую ответственность и нуждающемся в отдыхе, в разгрузке в том, чтобы и о нем кто-то позаботился. Это очень важно для восстановления эмоционального баланса и для  пополнения внутреннего   ресурса.
Ирина Ситникова - психотерапевт



Что делать с родительской усталостью: мой опыт





Сейчас актуальна тема родительского выгорания и усталости. Я хочу написать про свой опыт и те идеи об отдыхе и наполнении силой, которые я почерпнула у канадского психолога Гордона Ньюфельда и Ольги Писарик.

Родителям, особенно мамам, часто приходится отвечать за детей и находиться с ними в контакте практически 24 часа в сутки. Кто-то проводит с детьми меньше времени, особенно когда дети подрастают. Но часто это забирает не меньше сил.

Чем накормить, куда пойти погулять, чем заняться, во что одеться — это только часть бытовых дел, не говоря уже об эмоциональной стороне. Дети, особенно маленькие, очень эмоциональны. Чтобы находиться с ними в контакте и быть той самой заботливой альфой, которая так много может дать своим детям, — иногда требуется неимоверное количество внутренних ресурсов. Где надо — сдержать свои взрослые эмоции, где-то предугадать или перекрыть разделение или надвигающуюся бурю эмоцийhttps://alpha-parenting.ru/2014/12/25/kak-spravlyatsya-s-impulsivnyim-povedeniem/, а где-то — дать выплакать горькие слёзки под своей защитой, оставаясь при этом спокойным и уверенным взрослым.

Наш старший сын очень эмоционален, и для него очень важны контакты с людьми. Он может играть простой палочкой и испытывать множество эмоций, придумывать свои лихо-закрученные сюжеты — если с ним играю я или его друзья-подруги. И может скучать среди множества самых современных игрушек, если он один. У него часто бывают моменты, когда он с головой уходит в какую-то игру самhttps://alpha-parenting.ru/2016/01/25/ot-igryi-k-individualnosti/, один — и его не видно, не слышно. Он может подождать и отлично поиграть сам, когда я занята. Но всё же ему требуется гораздо больше общения и контактов с близкими людьми, чем мне.

Иногда я очень устаю, потому что я сама по себе не настолько общительна, и иногда мне очень хочется побыть в одиночестве и тишине.

Раньше я уходила прогуляться, ходила куда-то по делам, читала книги, пыталась побыть в одиночестве — пока муж в выходные или вечерами был с детьми. И это, конечно, очень ценно и давало и даёт мне новые силы, чтобы потом снова заботиться о детях, чувствуя себя взрослой и видя их детские потребности.

Но часто после прогулок у меня остается чувство, как будто я и не отдыхала. Почему так?

Когда мы постоянно находимся в позиции взрослого, когда мы постоянно отвечаем за наших детей — мы устаем. И это — нормально. И мы не можем поменяться своей ролью заботливой альфы с детьми и сбросить на них ответственность за них же самих. Но нам очень важно откуда-то брать силы.

И здесь может помочь тот отдых, когда о нас кто-то заботится.

Когда-то какой-то другой взрослый берет на себя ответственность за нас.Когда мы сами становимся зависимыми и эта зависимость для нас безопасна, мы в ней расслабляемся.

И я поняла, почему я полностью не отдыхаю, уходя погулять. Я ухожу физически, но ношу с собой свои мысли о том, что приготовить, что купить, куда сходить, чем заняться с детьми, почему они так себя ведут и еще миллион «что» и «почему». Я всё также нахожусь в той самой позиции альфы, просто на расстоянии — потому что никто за меня никакой ответственности в этот момент не несёт.

Я стала наблюдать и нашла способы, которые дают мне намного больше сил.

Часто мне помогает снять с себя ответственность за приготовление обеда или ужина и что-то заказать или пойти поесть в кафе. Я наконец-то поняла, почему я всегда так стремилась хотя бы в выходные поесть где-то вне дома. Не потому что там вкуснее. А потому что там за всё полностью отвечают другие люди, а это очень сильно расслабляет после недельного пребывания в альфе со своими детьми. Даже полчаса раз в неделю, проведённые в том состоянии, когда я не отвечаю хотя бы за элементарные потребности, очень сильно наполняют энергией.

Массаж, спа и тому подобное— где встретят, проводят, угостят чаем и позаботятся о том, чтобы посетителям было хорошо, взяв всю заботу в свои руки.

Отели, поездки, дома отдыха, аквапарки и отдых, где всё включено и любые другие места, где мы на какое-то время можем передать ответственность за себя в другие надежные руки.

Я совсем не имею ввиду, что ответственности нужно избегать и на кого-то её перекладывать. Я хочу сказать о том, что если мы заботимся о ком-то беспрерывно и очень долго, то вполне естественно от этого уставать. И это совсем не стыдно и не плохо. Это просто естественное течение жизни, особенно там, где мала деревня привязанностей.

И чтобы наша усталость не выливалась на детей — очень хорошо, когда кто-то периодически заботится о нас, а мы можем расслабиться и наполниться новыми силами. Чтобы снова быть для наших детей настоящей заботливой альфой.

Юлия Варлакова

www.psyshans.ru

Теги: привязанность, путь к себе, любовь к себе , адаптация, быть родителем, детская агрессия, Гордон Ньюфельд, зависимость, иерархия отношений, личный опыт, перекрывание, принятие, расставание, родительская агрессия,Психолог онлайн, , Психотерапевт онлайн, Консультация психолога, Помощь психолога, Частный психотерапевт, Помощь семейного психолога, Психологическая помощь, Ищу психолога, Ирина Ситникова психолог, , Ищу психолога, Нужен психолог

А КАК ЖЕ Я? РАЗМЫШЛЕНИЯ О ТОМ, КАК СТАНОВЯТСЯ ВЗРОСЛЫМ

А как же я? Размышления о том, как становятся взрослым.


Записаться на консультацию можно по тлф - 8 916 542 01 40
скайп -psyshans
irapalna@mail.ru
c 10-00 до 22 00 - Ирина



«А как же я?» – это вопрос, который задает родитель, когда становится родителем. Наверное, каждый в своё время. Со мной такое случалось не раз.

Первый раз, когда я только-только стала мамой, это было глубокое удивление со смесью обиды: вдруг всё внимание, все улыбки, вся забота достаются не мне – а как же я? Но природа сильна, это ощущение быстро выветривается из головы, работают инстинкты, вдруг всё мое внимание, все мои улыбки, вся моя забота – достаются ему, моему ребёнку. «А как же я» растворяется – забываешь поесть, пописать, искупаться.

Проходит два года, два года дома, я кормлю грудью, качаю на ручках, через боль, через усталость. А как же я? Кто позаботится обо мне, кто покормит меня с ложечки, кто покачает на ручках меня? И вот сын засыпает, я слышу, как сопит его носик, я смотрю на его длинные ресницы, я вижу, как он улыбается во сне, и усталость испаряется, вырастают крылья, и ещё полночи можно работать.

Ещё год проходит, и вот сыну уже три, он метр ростом и почти каждую ночь муж, сидя в кресле, качает его и мурлыкает песенку. Я лежу в кровати в темноте, смотрю в окно и думаю: а как же я? Почему я была лишена папы, который качал бы меня и пел бы мне песенку? И мои глаза становятся влажными от слёз. А утром, просыпаясь, я вижу, как сын карабкается на папу, и восседает на его спине с довольным и гордым видом. А как же я, я никогда не могла гордиться папой, которого не было… Я смотрю на них и замечаю, что улыбаюсь.

Проходит еще два года, и сыну пять. Он уже часто обходится без меня, и с каждым днём всё больше. Я всё чаще, глядя на проезжающих мимо меня на скейте подростков, представляю его таким же большим в кедах 40 размера, с волосатыми ногами и первой бородой. И я думаю: а как же я… буду?

Я не могу стать маленькой, я не могу вернуть себе того папу, я не могу измениться так, чтобы меня любили, как мне хотелось бы, не в моих силах пробудить в другом человеке желание быть близким со мной. Но я могу дать всё это своему ребёнку и быть счастливой.

А когда он возьмёт всё то, что ему нужно, я сделаю всё, чтобы не спросить «а как же я?».

«А как же я? А речь не обо мне!» (Гордон Ньюфелд).

Мария Решетова.

Теги: быть родителем, личный опыт, психотерапевт с большим опытом работы, решение разнообразных проблем: отношений, психосоматики, эмоциональной зависимости; работа с самооценкой, с самопринятием, любовью к себе, фобиями, страхами, тревожностью, страхом жить, страхом смерти,

психолог Москва, психолог в Москве, консультация психолога, психологическая помощь, услуги психолога, семейный психолог, психотерапевт Москва, семейный психолог Москва, психологическая консультация, психолог консультация психолога, психологическая помощь, услуги психолога, семейный психолог, психотерапевт Москва, семейный психолог Москва, психологическая консультация.

 

www.psyshans.ru

Ирина Ситникова - Обо мне

ПОДЕЛИТЬСЯ МЫСЛЯМИ

Здравствуйте! Я - взрослый психолог!
Поэтому детьми не занимаюсь.
Просто выкладываю серию статей про то, что может приводить к проблемам во взрослом состоянии, чтобы взрослые, нуждающиеся в психологической помощи, могли лучше понять, как возникли их проблемы и как должно было быть , чтобы проблем не было.
Это , как я надеюсь, может облегчить моим клиентам "изобретение велосипеда", то есть поможет быстрее создать новую модель мира, с новым отношением к себе.

Записаться на консультацию можно по тлф - 8 916 542 01 40
скайп -psyshans
irapalna@mail.ru
c 10-00 до 22 00 - Ирина





Поделиться мыслями.

«Чем меньше плачет ребёнок, тем больше слёз проливает его родитель»
Из лекций Ньюфелда о процессе адаптации

Ниже приводится замечательный рассказ мамы о принятии собственной неидеальности, о том, как переживание мамой собственной тщетности смогло помочь ей укрепить узы привязанности с дочкой. Если у ребенка есть трудности с процессом адаптации, нарушена привязанность, то родителю приходится выплакивать намного больше слёз по поводу того, что он не способен предоставить ребёнку возможность пережить тщетность своих устремлений. И этот рассказ совсем не о том, как в первую очередь позаботиться о себе, и не о возможности неконтролируемого извержения собственного гнева на ребёнка, он о способности прислушаться к себе, принять свои эмоции и научиться экологично выражать их в отношениях.

Последние два месяца хожу на терапию к психологу, и, раскапывая причины проблемы, с которой я пришла, мы проговорили очень многие аспекты моей жизни. И первый месяц мы почти всё время обсуждали мои отношения с дочкой, потому что эта проблема была настолько насущная, что я не могла ни о чём другом говорить.

Дочке 3,2 года, она непростая девочка – смотрю на детей друзей и вижу, что большинство гораздо спокойнее, уравновешеннее, послушнее. Мне всегда было с дочкой трудно, поэтому я и пришла к альфа-родительству, когда ей было около полутора. К двум с небольшим мы пришли к очень гармоничному существованию, потом родился младший ребенок, и следующие 9 месяцев я жила просто на пределе морального напряжения. Я очень старалась быть хорошей мамой обоим детям, уделять каждому время качественно, не общаться с ними механически, быть контейнером для негатива.(о дочке речь в первую очередь, конечно, а она ещё и в кризисе трёх лет, и в кризисе отношений с папой, и со склонностью к истерическим реакциям). И мне каждый день казалось, что я таскаю камни, как бы я ни старалась, но почти каждый день я срывалась и кричала, или ругала дочку, или, совсем не зная, как добиться желаемого поведения, угрожала ей какими-то наказаниями (не пойдём гулять, не будет сладкого), а иногда совсем не по-альфовски отводила в другую комнату и запрещала выходить пару минут, потому что уже так злилась, что боялась по попе отлупить. И каждый вечер я себя корила, ругала, грызла и ненавидела за то, что вот, спит мой маленький ангел, такая тонкая, чуткая, такая нуждающаяся в любви и принятии, и вот её мать-мегера, которая не может справиться со своим дурным характером и своими желанными двумя детьми.

Психолог привела меня к очень простой мысли, которая никогда не приходила мне в голову: пытаясь быть контейнером для плохих эмоций дочери, принять её со всеми недостатками, я никогда не была этим контейнером для самой себя, не принимала свои недостатки. И чувство вины, которое, как пружина, закручивалось с каждой ошибкой, только усугубляло это. И я попробовала отпустить ситуацию. Я решила “сбросить настройки” и не придерживаться никаких теорий воспитания и разрешить себе действовать не в рамках теорий, а естественно. Первые две недели были довольно бурными и громкими, но, хотя я кричала и ругалась, внутри уже не поднималась такая волна эмоций, не хотелось отшлепать и наказать, просто хотелось выпустить пар. И дочка чувствовала это и реагировала на мой крик гораздо спокойнее, чем раньше. А пару недель спустя я вдруг поняла, что я почти перестала кричать, что дочка стала гораздо лучше слушаться при меньших усилиях, что я больше не считаю часы до отбоя, у меня появились силы: и моральные, и физические. А главное, я наконец почувствовала дочь, с сыном это пришло сразу с рождения, а с ней всегда было через голову. И отпустив это “я должна вести себя так, а вот так ни в коем случае”, которое, оказывается, меня очень тяготило, выпустив напряжение, я вдруг оказалась гораздо ближе к той самой заветной “альфе”.

Я так часто встречаю и  в постах и комментариях слова о чувстве вины, об усталости, о том, как трудно бывает следовать теории, и я это отлично понимаю. Наверное то, что я написала, со стороны очевидно, и никакой Америки я не открываю, но мне столько месяцев отравляло это жизнь и мучило и, если бы не взгляд со стороны, мучило бы и сейчас. Поэтому я решила поделиться этим опытом, вдруг кому-то это окажется полезным.

Алина Шур,  

Теги: быть родителем, важность эмоций,личный опыт, принятие, родительская агрессия,слезы тщетности, укрепление привязанности,

психолог Москва, психолог в Москве, консультация психолога, психологическая помощь, услуги психолога, семейный психолог, психотерапевт Москва, семейный психолог Москва, психологическая консультация, психолог консультация психолога, психологическая помощь, услуги психолога, семейный психолог, психотерапевт Москва, семейный психолог Москва, психологическая консультация.

www.psyshans.ru

СИЛА УЯЗВИМОСТИ

Сила уязвимости

Записаться на консультацию можно по тлф - 8 916 542 01 40
скайп -psyshans
irapalna@mail.ru c 10-00 до 22 00 - Ирина

Захотелось написать этот материал после прочтения книги Брене Браун “Дары несовершенства”. Психолог и исследователь — Брене Браун — узнаёт секреты людей, живущих полноценной и счастливой жизнью, и приходит в своей книге к выводу, что признание и принятие собственной уязвимости — один из них.

Я много об этом думаю, думала и до прочтения книги. Потому что для меня признавать и демонстрировать свою уязвимость — шаг, требующий огромных усилий и смелости. Это не всегда получается. Чаще не получается совсем.

Но я пробую, потому что уверена, что уязвимость — это ключ к самости и индивидуальности, а ещё — во многом залог настоящих близких отношений.

Я хочу поговорить об этом, но чтобы не потеряться в собственных рассуждениях и не породить бесплодных дискуссий, начну со скучных, но необходимых для понимания всего текста определений.

Перелопатив весь интернет, нашла определения Ожегова и Ефремовой слову «уязвимый», но не нашла «уязвимость». И «уязвимый» оба словаря определяют через синонимы «ранимый» и «слабый», что мне кажется, упрощает суть, и не раскрывает её.

А вот определение Википедии мне показалось очень точным.

«Уязвимость — параметр, характеризующий возможность нанесения описываемой системе повреждений любой природы теми или иными внешними средствами или факторами. Уязвимость неразрывно связана с характеристикой «живучесть».»

Живучесть же, в свою очередь, определяется как «способность технического устройства, сооружения, средства или системы выполнять основные свои функции, несмотря на полученные повреждения».

Мне понравились эти определения, потому что вместе они отражают глубинную суть уязвимости.

Это не слабость, не чувствительность и даже не ранимость. Уязвимость — это неотъемлемая часть, сущность человеческого организма, жизненность. Уязвимость означает, что этот организм живой и ему разными внешними средствами могут быть нанесены повреждения. Но другой неотъемлемой частью человеческого организма (и это очень важно!) является живучесть — способность восстанавливаться, жить, выполнять основные функции несмотря на полученные повреждения.

Очень часто можно встретить использование слов «слабость», «чувствительность», «ранимость», «незащищенность», «открытость» как синонимов уязвимости, но терминологически в контексте этого материала это неверно. Человек может не обладать ни одним из перечисленных качеств в их обыденном понимании, но он останется уязвимым, дело лишь в качестве и количестве наносимых ему повреждений.

Помните прекрасную древнегреческую легенду об Ахиллесе, которого его мать — морская богиня Фетида — купала в водах священной реки, чтобы таким образом сделать его неуязвимым и бессмертным. И только пятка, за которую она держала младенца, окуная его в воду, не получила волшебной защиты. Так и у каждого из нас есть «ахиллесова пята», и не одна — места, в которые как тщательно мы бы их не защищали, нас можно ранить и даже убить.

Мне кажется, ни у кого не должно остаться сомнений, что человек уязвим, как и любое живое существо. Только человек уязвим еще сильнее, потому что кроме потери своей физической полноценности и силы, ему есть ещё чем рисковать — чувствами, эмоциями, рассудком.

Однако каждый уживается со своей уязвимостью по своему — один не признает её, другой тщательно скрывает и защищается от уязвимости, третий учится демонстрировать её в безопасном пространстве.

Я бы сказала, что уязвимость живёт на трёх уровнях.

Первый уровень — это полное её отрицание. Знаете таких людей, которые верят в то, что держат всё под контролем? В зону контроля попадают не только сторонние люди, предметы и обстоятельства, но и сам человек с его эмоциями и чувствами.

Второй уровень — признание своей уязвимости, но наличие внешнего контроля. То есть человек понимает, что он уязвим, знает свои слабости и несовершенства, но не готов открывать и демонстрировать их окружающему миру.

Так живем почти все мы, даже те, кто отлично продвинулся в самопознании. Мы понимаем, кто мы, но когда речь идёт о том, чтобы демонстрировать это окружающим, нас что-то останавливает. Страх боли, риск не понравиться и не полюбиться столь привычному миру, боязнь одиночества.

Демонстрировать окружающим — близким и чужим людям — свои больные точки, тонкие места, свою «ахиллесову пяту» — это огромный риск. Это требует смелости, искренности, базовой уверенности в себе. Для меня это почти недостижимый третий уровень бытия уязвимости.

На этом уровне мы чаще всего подходим очень избирательно к тому, что демонстрировать, кому и когда. Близкие люди получают чуть большую порцию нас настоящих. Коллеги по работе — маленькие кусочки. Друзья в Facebook почти ничего, ну если только вы не начинающий блогер, цель которого покорить свой виртуальный мир своей искренностью и человечностью. Я утрирую, конечно.

Я убеждена, что жизнь на полной мощности эмоций и чувств счастливая полноценная настоящая жизнь возможна только на третьем уровне.

Как сильно открываться и кому — это уже решать вам. Но признавать свою уязвимость и демонстрировать её окружающему миру просто необходимо, для того, чтобы любить, для того, чтобы быть собой, для того, чтобы выжить.

Мой призыв к демонстрации уязвимости был бы однобоким, если бы я не взялась за смелость написать про «золотые слитки», которые дают признание и демонстрация своей уязвимости. Но я сразу оговорюсь, что не претендую на научность и на исследовательский характер своих выводов. Во многом я опираюсь на книгу “Дары несовершенства”, но не скопировала из неё ни строчки, правда. Я пишу как человек, который делает свои шаги к полноценной жизни, человек со своей историей отношений с уязвимостью, человек, который учится быть собой и который знает о том, как важен и одновременно труден этот путь.

Признавать и демонстрировать свою уязвимость — единственный способ оставаться собой, обрести самость и индивидуальность.

Мы живем в мире хорошо придуманных и разыгранных масок. С телевизора нас поражают мужчины и женщины своим умом, красноречием, исключительной моложавостью и красотой.

Социальные сети демонстрируют нам профили успешных ,высокоэффективных, востребованных ,ведущих здоровый образ жизни исключительных людей.

Нам хочется соответствовать. Причем соответствовать даже за закрытой дверью в туалете, где нас никто не видит и не слышит. Нам хочется быть особенными, сильными, интересными людьми без слабостей и всяких там заморочек.

И так мы живем, надев на себя маску приличного симпатичного во всех отношениях человека, или повернувшись к миру всего одной своей лучшей, по нашему мнению, стороной.

Я не стану писать о том, как все мы прекрасны, и как здорово и важно демонстрировать каждую частичку себя. Есть качества, которые я в себе считаю неприемлемыми, и ничто на свете не убедит меня в том, что они заслуживают публичности и открытости.

Но очень часто мы знаем недостаточно о себе и окружающих нас людях, демонстрируя им ошибочно выбранный образ.

Мы утрачиваем себя, свою индивидуальность, яркость, характер, исключительность, пытаясь нравиться этому миру не такими, какие мы на самом деле есть.

И только демонстрируя свою уязвимость, свои недостатки, тонкие места своей операционной системы, которой, увы, можно навредить, мы становимся собой. Мы даём возможность миру прикоснуться к нам настоящим. И только так мы можем не потерять яркость и не слиться с тусклой массой «неуязвимых», только так можем завязывать и создавать настоящую дружбу и эмоционально близкие отношения.

Признание и демонстрация своей уязвимости обязательны в близких отношениях.

Настоящие эмоционально-близкие отношения

Близость сама по себе предполагает, что мы подпускаем к себе другого человека настолько близко, что не боимся открыть и показать ему самые болезненные наши места.

Я уже не говорю о том, что любовь может жить только там, где люди могут оставаться собой, предъявляя друг другу себя настоящего.

Эмоционально обнажаться всегда страшно, не менее страшно делать это перед близкими людьми. Не знаю, как вам, но мне самые страшные и жестокие раны наносили близкие люди. Но это не отменяет того, что создавая близкие отношения, невозможно снова не не идти на риск

Признавать и демонстрировать свою уязвимость — единственный способ создать близость, почувствовать, услышать, понять друг друга.

Уязвимость — ключ к понимаю людей, состраданию и сопереживанию.

Непринятие собственной уязвимости делает нас требовательными и не чувствительными не только к себе, но и к другим людям. Сопереживать потерю другого человека, оплакивать с ним горе, почувствовать опустошенность и боль, можно только обнажившись самому. Если мы всецело заняты тем, чтобы ретушировать свои раны, нам сложно будет услышать плач другого человека..

Наконец, мы не можем быть достаточно терпимы и чутки к другим людям, если нам не хватает мудрости разглядеть свои собственные недостатки и принять их.

Признание и демонстрация своей уязвимости — единственный способ ставить перед собой высокие и сложнодостижимые цели.

Боязнь совершить ошибку и быть публично распятым за неё еще никого не сделала сильнее и храбрее ни в постановке, ни в достижении цели.

Анализируя себя, я вдруг осознала, что мой перфекционизм — желание всегда оставаться на высоте и достигать во всем совершенства — никогда не помогал мне достигать целей. Он всего лишь заставлял меня выбирать самые реалистичные и самые лёгкие цели, не достичь которых у меня не было шанса. Я обнаружила, что всё, чем я предпочитаю заниматься по жизни, почти не связано с риском ошибиться и упасть…

Сколько всего я могла бы сделать, если бы так сильно не боялась совершить ошибку, продемонстрировав миру свою неспособность добиваться целей. Какие бы грандиозные и смелые планы я рисовала бы себе, если бы так сильно не зависела от окружающего мнения.

Если мы перестанем бояться демонстрировать миру свои ошибки, свою недостаточность и неспособность добиться чего-то желаемого, мы можем стать по-настоящему смелыми в своих планах и ожиданиях от жизни. Мы можем научиться ставить желанные сложнодостижимые большие цели и не бояться рисковать.

Принятие и демонстрация своей уязвимости — единственный способ жить эмоционально полной жизнью.

Попытка избежать уязвимости приводит к онемению чувств и эмоциональной сферы человека. К сожалению, психика человека не умеет быть избирательной — блокировать негативные переживания, и проживать яркие и счастливые. Онемение чувств означает, что мы перестаем проживать любые эмоции  — и радостные, и горькие.

Для того, чтобы прочувствовать всю красоту вселенной, радоваться наступающему дню, улыбаться играющим детям, чувствовать жизнь, счастье и тепло — просто необходимо проживать и испытывать негативные эмоции  — боль, разочарование, страх.

Если мы не боимся уязвимости, а признаем и демонстрируем её, нам не нужна спецзащита от боли и разочарования. Мы готовы испытывать разные чувства, мы знаем, что нас могут ранить и обидеть. Но это только делает нас более чувствительными ко всему диапазону предлагаемых вселенной переживаний. Теперь мы можем по-настоящему улыбаться тому хорошему, что она нам несёт.

***

Когда мне было 18 лет, я знала, какой хочу стать. Я рисовала себе образ успешной оптимистичной общительной решительной женщины, которой когда-нибудь научусь быть. Годы ушли на то, чтобы создать этот лакомый образ. Что-то въелось в кожу так сильно, что не оттереть даже с мылом. Я верила, что тогда-то я заживу настоящей счастливой жизнью. Теперь, после 35, я думаю, что всё не так. Настоящая жизнь — это возможность быть собой, не врать себе, не надевать образ, отчистить всю шелуху и танцевать голышом.

Чтобы не проделывать этот огромный сложный путь обратно, не заблуждайтесь. Не бойтесь быть собой и демонстрировать миру себя. Не прячьтесь от уязвимости, это то, что делает вас особенными, настоящими, живыми. Читайте умные книжки не после 35, а до. И слушайте своё сердце.

Мария Никонова

WWW.PSYSHANS.RU


Теги: зрелость, личный опыт, подавление чувств и эмоций , развитие, смешивание чувств, стыд, уязвимость,

психолог Москва, психолог в Москве, консультация психолога, психологическая помощь, услуги психолога, семейный психолог, психотерапевт Москва, семейный психолог Москва, психологическая консультация, психолог консультация психолога, психологическая помощь, услуги психолога, семейный психолог, психотерапевт Москва, семейный психолог Москва, психологическая консультация.
Мы любим тех, кто нас не любит, 
Мы губим тех, кто в нас влюблен, 
Мы ненавидим, но целуем, 
Мы не стремимся, но живем. 
Мы позволяем, не желая, 
Мы проклинаем, но берем, 
Мы говорим... но забываем, 
О том, что любим, вечно лжем. 
Мы безразлично созерцаем, 
На искры глаз не отвечаем, 
Мы грубо чувствами играем, 
И не жалеем ни о чем. 
Мечтаем быть с любимым рядом, 
Но забываем лишь о том, 
Что любим тех, кто нас не любит, 
Но губим тех, кто в нас влюблен.

www.psyshans.ru